"В последнем слове моя подзащитная, может быть, опять будет говорить о своей невиновности… — говорит адвокат Андрей Карномазов. — Но меня в прошедшем суде больше всего удивило резкое изменение показаний потерпевшей. Она вроде бы должна быть заинтересована в установлении истинных виновников смерти ее сына, но по прошествии пяти лет Галина Васильевна вдруг стала говорить, что начальник отдела безопасности банка Петр Федотов вовсе не предупреждал ее о грозящей ее сыну опасности, в случае если он добровольно не уйдет из банка. А ведь его предупреждение о "непоправимых последствиях" поступило за несколько часов до вечеринки, где Пузиков был отравлен".

По словам адвоката, о предупреждении Федотова потерпевшая впервые рассказала на допросе через четыре дня после смерти своего сына и для убедительности своих слов просила следователя приобщить к материалам дела распечатку телефонных соединений, которую накануне сама же и заказала в телефонной компании.

На следствии и предыдущем суде эти слова о звонке Федотова подтверждали показания ее родственницы. Сафонова показала, что Галина Пузикова была "в истерике и слезах" и просила, чтобы ее муж повлиял на Дмитрия и уговорил его добровольно выполнить требования Федотова. А теперь вдруг потерпевшая поняла, что она была не в себе после смерти сына и не понимала, что говорит следователю, неправильно воспроизводила слова Федотова.

"Я так понимаю, что потерпевшую хорошо обрабатывают те, кто хочет оставить в тайне причину, погубившую ее сына, свалив всю вину на мою клиентку", — считает Карномазов.