Областные силовики расследуют дело о нападении на самарского журналиста Эрнеста Старателева. Предполагается, что его могли «проучить» за то, что он «слишком много» говорил с телеэкрана в разгар предвыборной компании.
«Бытовая версия маловероятна»
На ведущего и автора программы «Кстати» (телеканал «Губерния») Эрнеста Старателева напали 24 сентября. Журналисту нанесли 15 ножевых ранений. Старателев в тяжелом состоянии оказался в больнице им. Пирогова.
На этой неделе его перевели из реанимации в палату и разрешили пообщаться с коллегами.
- Я зашел в подъезд своего дома, за мной ворвались два молодых человека, один из них набросился на меня и начал бить ножом, - рассказал Эрнест «Репортеру». - Не могу сказать что кого-то запомнил. У милиции есть фоторобот одного из нападавших на меня, но он составлен не по моим рассказам. Наверное, их кто-то видел. Не знаю, помешал ли кто-то бандитам убить меня, или они не имели такого умысла. Просто в какой-то момент один из нападавших сказал другому: «Давай заканчивай, надо уходить».
- Следствие не исключает бытовую версию нападения, не находите это странным?
- Бытовая версия маловероятна. Ни деньги, ни ценности у меня не забрали. Но, наверное, следствие не должно исключать никакие версии...
Критика
- Некоторые политики (например, депутат Госдумы Александр Хинштейн) уже высказали предположение, что нападение может иметь политическую подоплеку. Ведь сейчас выборы на носу, а вы в передаче «Кстати» активно критиковали самарскую горадминистрацию...
- Самарской администрации не существует. Это - эфемерное явление. Есть Виктор Тархов и есть какие-то люди вокруг него. Там нет централизованной власти. То, что в этом котле варится, может приводить к любым самым странным результатам. С точки зрения здравого смысла, нормальный политик за две недели до выборов никакого журналиста не будет трогать. Но это - только если исходить из того, что в администрации есть какая-то целостная команда, внутри которой есть лидер, и он диктует правила поведения. В данном случае мы не имеем такого лидера.
- Одна из ваших последних программ была посвящена приватизации городских общежитий. Там действительно звучала резкая критика в чей-то адрес?
- У нас была программа, где рассказывалось, что долгое время в Самаре существовало движение, посвященное защите прав людей, которые живут в общежитиях. Движение добивалось, чтобы общежития эти были переведены в муниципальный фонд и впоследствии могли быть приватизированы. Оказывается, у нас за такого рода приватизации берут по 60 тысяч рублей. Стоявшие во главе движения брали деньги с несчастных людей, которые живут в общежитиях - явно не с самых богатых и социально обеспеченных. Об этом мы и рассказывали.
Хотели убить?
- На вас ведь уже не в первый раз с ножом набрасываются...
- Да, нападали на меня еще в 2002 году. Но думаю, что в тот раз нападение как раз могло быть и бытовое. Хотя и тогда были политические процессы - выборы Георгия Лиманского. Правда, связи между нападением и выборами не прослеживалось. Из-за ран, которые я получил еще в тот раз, медикам пришлось помучиться в этот. У меня с 2002 года стоял мышечный протез — сетка. Когда 24 сентября меня привезли в «Пироговку», врачи несколько часов думали, можно ли эту сетку удалить. Но хочу отметить, что врачи в «Пироговке» - настоящие профессионалы.
В больнице «Репортеру» по секрету сказали, что, возможно, ведущего выпишут на следующей неделе. А в прокуратуре сообщили, что все-таки пришли к выводу: Старателева хотели не просто припугнуть, а именно убить.
- Следователи изучили характер ранений и пришли к выводу, что множественность и глубина нанесенных Старателеву ран говорит о том, что его все-таки намеревались лишить жизни, - сообщил зампрокурора Октябрьского района Андрей Жданович. - Травмы довольно тяжелые. Поэтому и статья уголовного кодекса, по которой возбудили уголовное дело, была переквалифицирована с «Умышленного причинения тяжкого вреда здоровью группой лиц» на «Покушение на убийство».
Узнал? Звони!
«Репортеру» также удалось выпросить у милиционеров фоторобот одного из нападавших на Эрнеста. Его мы и публикуем. Как сообщили в городском УВД, мужчине, который изображен на фотороботе, примерно 30 лет. Он - русоволосый, среднего телосложения. Его рост около 185 см. В момент нападения он был одет в черную короткую куртку и темные брюки.
Фоторобота второго нападавшего пока нет. Возможно, что его внешность восстановят позже.
- Известно, что ему на вид около 25 лет, он также среднего телосложения, а во время нападения на журналиста был одет в короткую бежевую куртку и темные брюки, - сообщили в УВД Самары. - Всех, кто увидит подходящих под описание людей, мы просим позвонить по телефонам 2782402 или 02.
Борис Резник, депутат Госдумы, секретарь Союза журналистов России:
- Журналиста нельзя трогать руками. Можно подавать в суды, можно общаться цивилизованным способом. Когда против нас применяют ножи - это пятнадцать ударов во все наше журналистское сообщество. Удар в каждого из нас.
Источник: газета "Репортер", 3 октября.
Последние комментарии
... невероятно - ПАЦИЭНТКУ больницы (пришедшую искать врачебной ПОМОЩИ ) - осуждают ...
... жизненно - всё верно; а вот ОСУДИЛИ - НЕ ТУ !!!
Я должен сказать,что в Самаре,представители администрации,мягко сказать.говорят неправду,по поводу детского парка им.Щорса!Что касается собак,на площадке для них гуляют двое,трое "собачников",остальные стаи собак с их хозяевами бродят и гадят по парку,среди гуляющих граждан и играющих детей!?Почему не принимают меры против выгуливающих собак граждан непосредственно в парке,среди детей?И еще ,хотел бы я знать для кого строится спортивное сооружение в одноименном парке,для каких кошельков,будет ли оно доступно для наших детей и внуков???
Более непонятный интерфейс трудно себе представить, даже у юристов куча вопросов по терминологии. Учебные материалы ситуацию не проясняют. Консультации просто необходимы! Если эту новость прочитают 4700 организаций Самарской области и захотят послать по одному человеку, как думаете все поместятся? Очень люблю чиновников всех уровней!
Уважаемый руководитель музея, добрый день! Пожалуйста, насчёт Александра Николаевича Шелашникова, моего прадеда, не делайте ошибки в своих рассказах. В доме Шелашниковых была больница, в перестроечное время был пожар. Можно было отремонтировать. Но никто ничего делать не стал. Легче было разобрать. Остался от дома подвал, как в первозданном виде. Абсолютно новый. Был заказ проект по восстановлению имени на 5 миллионов рублей, его подготовили, но денег не выделили. Семья Шелашниковых была в Самаре,когда крушили поместье присланное по указу советской власти красноармейцы, есть версия, что семья вместе с Александром Николаевичем уехала в Омск. Когда Александр Николаевич умер от разрыва слепой кишки, был гнойный аппендицит, Александра Денисовна в Омске оформляет письменное прошение о назначении пенсии на детей об утрате кормильца.У меня есть копии документов. Александр Николаевич похоронен на Казачьем кладбище в Омске в присутствии достойных людей, они в документе все упомянуты.Большевики это кладбище уничтожили. После смерти Александра Николаевича все вернулись в Самару. Есть документы. Фамилию не меняли. Изменили букву в фамилии: были Шелашниковых, стали ШАЛАШНИКОВЫ. Учёные объясняют, что разницы в фамилии нет. Это одна и та же фамилия, так как во всех ранее документах писала и так - через Е, и эдак - через А. Изменили даты рождения и место рождения. Изъяли архивные документы на имение, на всю свою собственность и хранили их при себе. Конечно, мы с моей семьёй до детали можем всё рассказать. Вот в свой рассказ вам хорошо бы включить заслуги Александра Николаевича, его награды. Ведь он награжден Георгиевским Крестом, имеет медали. Семья двоюродного брата Александра Николаевича была в Харбине. Есть документы, подтверждающие это. Есть рассказы соседей в Ярославле, с которыми проживала Александра Денисовна после переезда из Самары в 30-40-ые годы, о том, что Мария часто вспоминала о жизни в Китае. Но подтверждения этому нет. Фролова Т. В.,учитель ГБОУ СОШ с. Узюково