Александр "Чача" Иванов: "Radio Чача" пытается педалировать тему панк-рока в чистом виде"

В субботу, 22 сентября, в ночном клубе "Звезда" выступила московская группа "Radio Чача" культового панка Александра "Чачи" Иванова. Несмотря на опоздание, которое сопровождало все его действия в Самаре, перед выступлением Александр успел дать несколько интервью, провести автограф-сессию с фанатами и сыграть полноценный концерт. Корреспондент Волга Ньюс обсудил с Ивановым его новую группу, спектакль Гарика Сукачева и Noize MC.

- Есть ли какие-то принципиальные отличия проекта "Radio Чача" от "Наива"?
- Принципиальных отличий, конечно, нет. И та и другая группа играют панк-рок. Что нового панк-группы могут привнести в свой жанр? Три аккорда, две струны – классическая составляющая всего того, что мы делаем. В проекте "Radio Чача" нет симфонического оркестра, специально приглашенных джазовых музыкантов. Дело в том, что "Наив" стал двигаться в сторону арт-рока и более сложной музыки, а "Radio Чача" пытается педалировать тему панк-рока в чистом виде.
- В этом году вы выступали совместно с Sum 41. Какие у вас впечатления от работы с канадскими панками?
- Мы не записывали с Sum 41 совместных треков. Мы открывали их концерт в Москве. Мне позвонил организатор этого мероприятия: "Откроете концерт?" Я говорю: "Послушай, эти люди моложе меня лет на 10 по сценическому имиджу и возрасту пребывания на сцене. Неизвестно, кто кого должен открывать. Если вы заплатите, выступим". Меня спросили: "Сколько?" Я назвал цену и, получив ответ: "Они просили чуть-чуть меньше", сказал: "Хорошо, пусть для вас будет стоить столько". Мы что сделали? Я использовал концерт Sum 41 в первую очередь для того, чтобы высказаться о проблеме Pussy riot. Мне не нравится их художественный акт, который они совершили в Храме Христа Спасителя. Я считаю, что место выбрано неудачно. Их песня, к сожалению, сделана и записана тоже не самым лучшим образом. Но имеет смысл обсуждать их творческий потенциал и то, что они сделали, только в том случае, если они свободны. Как только они в тюрьме, у любого здравомыслящего человека не остается никакого другого выбора, кроме как выступать в их поддержку. Я прошу и требую для них свободы. Так что для нас выступление перед концертом Sum 41 стало хорошим поводом попросить свободы для политзаключенных. Кстати, мы сняли в связи с этим видео и выложили "В Контакте".
- Очень широкую огласку получили ваши совместные работы с Noize MC. Тяжело ли работать совместно с артистами и мешает ли данная работа личному самовыражению?
- С Noize MC получилась интересная ситуация. Мы с ним познакомились еще в тот момент, когда он еще никем не стал и не был такой большой звездой, как сейчас. Мне лично понравилась его первая пластинка. Работа с ним показалась мне хорошей возможностью для старой именитой рок-звездочки поддержать молодого начинающего исполнителя. Жизнь продолжалась, он стал кем-то. Теперь Noize MC – бренд. Это очевидно. Работать с ним было вообще не сложно. Я просто отправил ему треки. Он послушал и записал несколько прекрасных песен, которые я сегодня пою и исполняю.
С другими людьми вообще работать довольно сложно. Что касается Noize MC, мне нравится, что он, несмотря на сегодняшнюю его популярность и тот статус, который он имеет сейчас, все-таки остается нормальным пацаном. А я встречал на своем пути много людей и могу сказать, что такое бывает довольно редко. Он молодец. Я ему желаю удачи и успеха.
- Изменился ли современный панк-рок по сравнению с панком 80-х и 90-х?
- Сейчас стало гораздо проще записывать пластинки. Это не связано с дорогими студиями. Тебе не нужно много денег для того, чтобы прийти и что-то сделать. Ты можешь по большому счету большую часть работы делать дома. В этом смысле процесс удешевился. Я не знаю, хорошо это или плохо. Давать дорогу всем уе…нам, которые хотят взять в руки гитару и орать, - это то, о чем, собственно, и говорил панк-рок изначально. Но когда их слишком много, это тяжело. Сейчас это стало технически проще делать в том смысле, что легче записать свою песню, донести ее до слушателей: есть Интернет, YouTube, социальные сети. С другой стороны, огромное количество желающих что-то делать людей создают поток информации, который никто не может переработать. Но я думаю, что панк-рок как демократическая форма искусства сейчас получил дополнительные возможности. Другое дело то, что нужно, конечно, писать хорошие песни, интересные другим людям.
- Кстати, как вы относитесь к интернет-звездам, таким как Валентин Стрыкало?
- Последнее, что я видел в Интернете, была феерическая расстановка точек над "и" по поводу эмо. Еще я видел ролик с чуваком, который ел супчик и пил чаек. Я не помню фамилий этих людей. По-моему, у них миллион просмотров. Я отношусь к этому с пониманием того, что я, видимо, уже слишком старый для этого г…на. Теперь стало не важно, что за музыку ты играешь, какой месседж ты отправляешь. Ты попал в нужное время в нужное место, положил всех, кто был в это время в Интернете. Все увидели твой маленький неуместный диалог, и он вдруг на самом деле чем-то стал.

На самом деле я не знаю всех этих интернет-звезд. Я за этим не слежу. У меня есть какой-то набор артистов, которых я люблю. Я с удовольствием слежу за творчеством новых исполнителей, но они не всегда приходят через Интернет. Даже с Noize MC было не так. Это человек, которого я случайно нашел в Перми, куда приехал на концерт. С утра оказалось, что у наших ребят порвались струны на гитарах, потерялись медиаторы, и надо было ехать в магазин. А работница магазина как раз слушала пластинку Noize MC, которая на тот момент еще не вышла. Это был какой-то сборник. Я услышал и подумал, как же круто. Именно через эту пластинку произошло мое знакомство с Noize MC. Хотя как современный человек я должен был бы это услышать через Интернет и другие средства связи.

Интернет – это прекрасно, потому что он дает любому человеку очень быстро донести свой месседж прямо до потребителя, минуя корпорации, сложные программы с директорами станций, телеканалов. Но в этом потоке столько г…на, что ты порой просто отчаиваешься. Я-то взрослый человек с устоявшимися ценностями, взглядами и могу на самом деле выбрать то, что мне нужно. А как подростку ориентироваться в таком потоке информации – вопрос сложный.
- В песне "Влюбленный металлист" вы иронизируете по поводу эксцентричных форм, которые принимает подростковая любовь с привязкой к субкультуре. А сами вы в юности переживали подобную историю?
-  Без сомнения. Но это было уже давно. Я уже не помню деталей. Мне 44 года. Я уже взрослый дядя. То, что происходило со мной в 14-15 лет, – другая история из другой жизни. С песней "Влюбленный металлист" получилась интересная история. Музыку и текст по-английски к ней написал брат моей жены, американский музыкант Дэйв Ерлик из группы Nerf Herder. Ваня Алексеев сделал литературный перевод песни. А моя роль здесь была очень простая – я исполнил песню и донес ее до потребителя. Так что ваш вопрос правильно было бы переадресовать авторам данной композиции.
- Для спектакля Гарика Сукачева вы написали песню "Хороши люди из пластика…". Это был первый ваш опыт работы в театре.
- Постановка пьесы "Анархия" в театре "Современник", моя работа там в качестве музыкального консультанта – это отдельная история. Она требует часа беседы. Но если в двух словах, работать с такими людьми, как Миша Ефремов, Дима Певцов, со всеми участниками процесса и, конечно, с Гариком – очень интересно. Поскольку речь в спектакле идет о вымышленной состарившейся панк-группе, по идее, я должен был учить артистов тому, что им делать как панк-рокерам. Это был большой мастер-класс, который помог мне понять, что не все так просто в этом мире. И есть талант, который выше всех идеологических, технических ограничений. Это была очень серьезная работа, занявшая у меня полгода. На спектакль стоит сходить. Я вообще не самый главный театрал, хожу в театр периодически. Но "Анархия" точно выбивается из того, что мы знаем о театре.
- Насколько я знаю, у вас американское гражданство. Была мысль переехать в США?
- Я родился в Нью-Йорке, у меня нет гражданства. У меня жена-американка и дочка. Я бы мог уехать в другую страну. Но я не знаю, что там делать. Может быть, только мыть посуду. Или на бензоколонке заправлять. Здесь я рок-звезда. Здесь молодые интеллигентные люди приходят ко мне и берут у меня интервью в городе Самаре. А кто там уделит мне внимание? Если честно, я думаю, что сейчас мы вступаем в то время, когда не особенно важно, где ты реально находишься.
Здесь я живу потому, что тут находятся мои родственники и друзья. Здесь я кем-то стал. И здесь пока еще не исчерпаны возможности для гражданского протеста, которые я считаю лично для себя актуальным. Что мне делать в Америке: бойкотировать мистера Ромни в пользу Обамы? Это, наверно, круто. Я пока еще здесь. Я вижу много недостатков в стране, где мы живем. Тем не менее, это не заставляет меня оставить эту страну. Я хотел бы здесь быть, делать то, что я хочу. И на своем языке говорить о проблемах, которые вижу.

Фото на сайте

Все фотогалереи

Новости раздела

Все новости
Архив
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30