Как и прежде, концерт начался с традиционной для группы 20-минутной задержки. К этому времени преимущественно юная и молодая публика давно заняла места и с полчаса слушала издаваемые динамиками раздражающие ультразвуки. Но недолго в одиночестве желтели изгибы акустических гитар, и сверкала антенна терменвокса. Как только зал взорвался аплодисментами и криками "Сплин", явилась группа. Небритый Александр Васильев в выпущенной серой рубашке, "джинсе", кедах привычным жестом опустил трек-лист на пол сел на стул и, ссутулившись над гитарой, запел.

Во время звучавших в начале "Будь моей тенью" и "Первый снег" было видно, что зажмурившийся солист скован и пытается уловить настроение зала. Бурные овации и крики "Браво!" укрепили его уверенность: Васильев открыл глаза и заиграл лиричных "Бонни и Клайда". Концерт проходил без сценических изысков: черный задник, никакого фиолетового дыма, декораций, пестрых костюмов и лазерных эффектов. Музыканты ограничились необходимыми тремя гитарами, барабанами, клавишными, не отказав себе только в цветомузыке. Словом, все было лаконично, как на настоящем Unplugged-концерте.

Лишь на одной из песен бородатый гитарист Вадим Сергеев неожиданно сменил акустическую "шестиструнку" на укулеле. "Мне приснилось или мы купили эту гитару на рынке в Самаре?" – попытался вспомнить Васильев. А через некоторое время, тоже отложив гитару, на пару с клавишником Николаем Ростовским по примеру группы "Пикник", поколдовал над терменвоксом.

Сценическая лапидарность, однако, компенсировалась удивительным артистизмом Васильева. Человек с гитарой на стуле привычно тянул гласные, шептал, визжал, гримасничал, перевоплощался в лирических героев Маяковского, Башлачева, пародировал жадных чиновников, поминал добрым словом Моррисона и Кобэйна. В общем, жил, задавая разные настроения.

Рок-н-ролльные боевики из "25 кадра" чередовались с лирикой из "Раздвоения личности" и нервными песнями из "Сигнала из космоса". Но пожалуй, интереснее всего было не слушать в энный раз привычные хиты, а следить за тем, как в живом исполнении группы вроде бы знакомые песни получали иные смысловые и мелодические акценты. "Мария и Хуана", например, за счет использования того же терменвокса, получилась более психоделичной. "Бонни и Клайду" экспериментирующий с гитарой Васильев задал новый ритмический рисунок. А финал "Моего сердца" из-за растянутого вокала лидер "Сплина" превратил в пародию на оперное пение.

Кульминацией же вечера стал сыгранный традиционно "Феллини". После столь насыщенного выступления публика, конечно же, долго требовала и добилась-таки выхода группы на бис.

Но теперь это был традиционный "Сплин" с давно приевшимся опусом "Выхода нет". Все же несколько смазанный финал не испортил общего впечатления от концерта. Видимо, сказалась интимная атмосфера акустического выступления. Даже сам Васильев получал удовольствие от происходящего, показывал большой палец, выдыхая: "Во как!". И прежде, чем покинуть сцену отметил, что "все было по-семейному".