Прошлый год в Самарском театре оперы и балета стал переломным для певицы Ирины Янцевой. Еще в конце лета она рассказывала «ВК», что старается поддерживать в себе оптимистичный настрой, поскольку ее колоратурное сопрано недостаточно востребовано. Однако теперь Янцева занята едва ли не во всех спектаклях. Корреспондент «ВК» расспросил певицу о том, как она возвращает свой звездный статус после нескольких лет вынужденного бездействия.
- В каких спектаклях вас сейчас можно услышать?
- Из того, что идет на мой голос, я занята в «Царской Невесте», в «Летучей Мыши», в «Риголетто» и в сказке «Карлсон». В концертах тоже продолжаю петь.
- Вам нравится играть в оперетте?
- Премьеру «Летучей мыши» я получила впервые за десять лет в театре. В прошлых постановках я Адель не исполняла. Так что это мой дебют, и шла к нему я достаточно долго. Можно сказать, специально не вводилась в предыдущие постановки, поскольку не считала себя готовой. Партия Адели ведь сложная — много разговорного текста, много движения, целых три арии (у Розалинды — главного женского персонажа — всего одна).
- Но, кажется, теперь вы себя вполне комфортно чувствуете в этой роли.
- Я делаю все, чтобы создавалось такое впечатление. Но трудно, действительно трудно. Даже не буду рассказывать, сколько всего приходится учитывать в этой роли. Например, работа с предметами — все эти зонтики и пуховочки... А в конце одной из арий меня, если помните, еще и роняют — тут уже акробатика. При этом пение нужно насыщенное и высокое.
Но я получаю колоссальное удовольствие от роли и рада реакции зала. Кстати, я очень благодарна режиссеру Галине Тарасовой за то, что она позволила мне реализовать себя. Она отстаивала географию перемещений, но интонацию и подачу оставила на мое усмотрение.
- У вас был опыт драматической игры до «Летучей мыши»?
- Очень небольшой. Партия Валентины в оперетте «Веселая вдова», совсем маленькая, почти без разговорного текста. Вот чем мне нравится Адель, так это тем, что в зависимости от того, кто ее исполняет, она либо остается на втором плане, либо превращается в полноправную главную героиню.
- В спектакле есть несколько моментов, где Адель берет «не ту» ноту. Вам сложно специально промахнуться?
- Конечно, ведь тут расчет тонкий. Когда в начале по сюжету Адель распевается, я намеренно делаю это совершенно дурным голосом. С удовольствием в этот момент слушаю зал. Один раз даже уловила шепот из первого ряда: «Боже мой, как же она петь-то будет». И мне нравится, когда тут удается посеять сомнение. Но уж потом, на первой арии, я стараюсь использовать максимум своих возможностей. И голос, и внешность, и подвижность. Чем больше получается контраст, тем лучше.
- Как вам работается в труппе теперь?
- Наконец-то, у нас внутренние отношения стали спокойные. Спектакли сейчас идут достаточно часто, поэтому и вокальную форму поддерживать легче. Кроме того, меня очень радует, что в театре появились три великолепных дирижера - Анисимов, Хохлов и Куликов. Например, в «Летучей мыши» мы работаем с Евгением Хохловым, и мне кажется, он просто замечательный дирижер. Несмотря на молодой возраст, он настоящий лидер - четко знает, чего хочет. Внимательно готовится к каждой репетиции, говорит мало, но по делу. Отстаивает принципиальные для музыки и для него моменты, но в другое время дает артисту самовыразиться. Ведь у каждого исполнителя есть сильные стороны, которые он хочет показать.
- В праздничные дни работы было особенно много?
- У меня все прозаично: в Карлсоне играю сестру Малыша. Но я считаю, что и это очень важно. У меня у самой растет дочь, я вижу и понимаю, насколько необходима тут наша хорошая работа. Ведь от того, как мы сыграем сейчас, зависит, придут ли дети спустя десять-пятнадцать лет на серьезные спектакли. К тому же после четырех лет полного моего отсутствия на сцене я любую работу очень люблю. Что касается сказок, у меня только одно пожелание: чтобы наряду с более понятными спектаклями вроде «Карлсона» были и сказки экстра-класса, например, «Сказка о царе Салтане» или «Снегурочка». Надеюсь, у нас они появятся.
- Что дальше планируете петь?
- Театр планирует возобновлять «Травиату» Верди. И меня очень радует, что идти она будет на итальянском языке. Когда-то я пела Виолетту по-русски, сейчас переучиваю. Обновленный спектакль можно будет услышатьосенью.
СПРАВКА
Ирина Янцева окончила Казанскую государственную консерваторию им. Жиганова в 2001 году и сразу же была приглашена на работу в Самарский академический театр оперы и балета. Совершенствовалась на мастер-классах у солистки Metropolitan и Grand Opera Александры Милчевой и дирижера Софийского оперного театра Драгомира Ненова, у солистов La Scala Вирджинии Дзеани и Пио Бонфанти. Среди наград Янцевой - I премия на международном конкурсе «Надежды, таланты, мастера» (Болгария, 2000 год), диплом и специальная премия на конкурсе Citta di Alcamo (Италия, 2005 год), Гран-При на II международном конкурсе-фестивале «Современное искусство и образование (Москва, 2007 год). Стипендиат Российского фонда культуры (с 2007-го). В октябре 2007года в Китае с успехом прошли концерты Ирины Янцевой и «Форте-квартета» Самарской государственной филармонии. Концертный репертуар певицы включает романсы и арии зарубежных, русских и советских композиторов.
Источник: www.vkonline.ru

Последние комментарии
Уважаемый руководитель музея, добрый день! Пожалуйста, насчёт Александра Николаевича Шелашникова, моего прадеда, не делайте ошибки в своих рассказах. В доме Шелашниковых была больница, в перестроечное время был пожар. Можно было отремонтировать. Но никто ничего делать не стал. Легче было разобрать. Остался от дома подвал, как в первозданном виде. Абсолютно новый. Был заказ проект по восстановлению имени на 5 миллионов рублей, его подготовили, но денег не выделили. Семья Шелашниковых была в Самаре,когда крушили поместье присланное по указу советской власти красноармейцы, есть версия, что семья вместе с Александром Николаевичем уехала в Омск. Когда Александр Николаевич умер от разрыва слепой кишки, был гнойный аппендицит, Александра Денисовна в Омске оформляет письменное прошение о назначении пенсии на детей об утрате кормильца.У меня есть копии документов. Александр Николаевич похоронен на Казачьем кладбище в Омске в присутствии достойных людей, они в документе все упомянуты.Большевики это кладбище уничтожили. После смерти Александра Николаевича все вернулись в Самару. Есть документы. Фамилию не меняли. Изменили букву в фамилии: были Шелашниковых, стали ШАЛАШНИКОВЫ. Учёные объясняют, что разницы в фамилии нет. Это одна и та же фамилия, так как во всех ранее документах писала и так - через Е, и эдак - через А. Изменили даты рождения и место рождения. Изъяли архивные документы на имение, на всю свою собственность и хранили их при себе. Конечно, мы с моей семьёй до детали можем всё рассказать. Вот в свой рассказ вам хорошо бы включить заслуги Александра Николаевича, его награды. Ведь он награжден Георгиевским Крестом, имеет медали. Семья двоюродного брата Александра Николаевича была в Харбине. Есть документы, подтверждающие это. Есть рассказы соседей в Ярославле, с которыми проживала Александра Денисовна после переезда из Самары в 30-40-ые годы, о том, что Мария часто вспоминала о жизни в Китае. Но подтверждения этому нет. Фролова Т. В.,учитель ГБОУ СОШ с. Узюково
Супер
Содержательная статья талантливого журналиста.
Это не театр драмы, а мечеть. Оставили бы как есть.
Другими словами никто ничего не будет строить. Будут холупы - позор на всю страну. Туристы и гости города просто в ужасе от центра Самары.