Повесть Корчака давно воспринимается не только как детское чтение. Это история о том, как человек сталкивается с реальностью, которая не совпадает с его представлениями о справедливости, и о том, как трудно сохранить внутреннюю честность, когда от тебя ждут "взрослых" решений.

Рассказывает руководитель литературно-драматургической части театра "СамАрт" Елена Ползикова:

— Все сложилось из встречи людей и идей: арт-директор лаборатории молодой режиссуры "СамАрта" Михаил Бартенев предложил этот текст режиссеру Ярославу Жевнерову — и тот неожиданно для себя им по-настоящему увлекся. Вспомнил, что читал повесть еще подростком, но никогда не думал о сценическом воплощении. Возможность появилась на лаборатории "Молодые режиссеры — детям", где как раз искали сложный, нетривиальный материал для подростков.

Тем более что "Король Матиуш" — редкий гость на театральной сцене. Несмотря на известность книги, крупных постановок немного, и на фоне потока современной подростковой драматургии решение вернуться к Корчаку стало осознанным выбором. Важным оказался и личный фактор: для Жевнерова фигура Януша Корчака — педагога, писателя, человека, посвятившего жизнь детям — по-настоящему близка. Это внутреннее уважение и восхищение во многом определили интонацию спектакля.

Сам спектакль органично вписывается в репертуарную линию театра последних лет. В СамАрте все чаще обращаются к сказочным повестям — историям, в которых соединяются условность и серьезный разговор. "Бесконечная история", "Оливер Твист", "Маугли", "Встретимся на качелях" — все эти работы так или иначе говорят с подростком о взрослении, вере в себя, праве быть собой.

Работа с текстом Корчака потребовала и новой драматургии. Инсценировку создала Виктория Костюкевич, и это не просто "перевод" прозы на сцену, а самостоятельное высказывание. В спектакле появляется сам Януш Корчак как персонаж, возникает линия его судьбы — рядом с историей Матиуша. Таким образом, разговор выходит за пределы сюжета и становится шире: о взрослении, о выборе, о цене ответственности.

При этом в театре не стремятся упростить сложные смыслы. Напротив, здесь уверены: дети и подростки готовы к серьезному разговору, если он ведется на понятном им языке. И, судя по реакции зрителей, этот диалог складывается. Вокруг спектакля выстраивается целое пространство обсуждения — лекции, встречи с создателями, разговоры после показа. Зрители остаются, задают вопросы, спорят, размышляют. Нам важно не только развлечь…

Режиссер спектакля Ярослав Жевнеров в 2023 году окончил режиссерский факультет ГИТИСа (мастерская Олега Кудряшова). Ставил спектакли в Прокопьевском драматическом театре, Театре на Таганке, в Театре Сатиры, Московском еврейском театре "Шалом".

— Почему вы обратились именно к повести "Король Матиуш Первый" — что в ней сегодня особенно откликается?

— Я обратился к "Королю Матиушу" потому, что это текст про невозможность простых решений. Сегодня это ощущается особенно остро: мир требует ясности, скорости, силы, а человек, даже если он "король", остается уязвимым, сомневающимся. В этом смысле Матиуш абсолютно современный герой.

— Чем сценическая версия отличается от оригинального текста?

— Наша сценическая версия отличается тем, что она менее повествовательная и более ассоциативная. Мы не столько рассказываем историю, сколько проживаем состояния — одиночество, растерянность, попытку быть справедливым в мире, где нет справедливых решений.

— Какой главный вопрос вы задаете зрителю этим спектаклем?

— Главный вопрос, который я задаю зрителю: что происходит с человеком, когда на него возлагают ответственность, к которой он не готов? И можно ли вообще к ней быть готовым…

— Эта история больше для детей или для взрослых — и как вы находите этот баланс?

— Мне кажется, это история не делится на "для детей" и "для взрослых". Она для тех, кто готов чувствовать и думать.

— Для вас это история прежде всего про власть, одиночество или взросление?

— Для меня это история одновременно про власть, одиночество и взросление, но если выбирать, то, наверное, про одиночество.

— Насколько Матиуш в вашей постановке — идеалист?

— В моей версии он, безусловно, идеалист.

— Есть ли в постановке символы, которые важно считывать, или вы стремитесь к максимально прямому разговору со зрителем?

— В спектакле есть символы, но я не требую их "разгадывать". Они работают на уровне ощущения. Мне важно, чтобы зритель не столько понял, сколько почувствовал.

Ярослав Тимофеев, исполнитель роли Матиуша

— Ваш Матиуш — это ребенок, который играет во власть, или человек, который слишком рано перестал быть ребенком?

— Матиуш — ребенок, который хочет родительской любви, но из-за трагических событий рано лишился всего этого. Он как будто не успел побыть им до конца, не успел получить достаточно нежности и родительской заботы.

— В какой момент внутри роли для вас происходит перелом — когда Матиуш начинает понимать, что мир не поддается его представлениям?

— Я думаю, что с самого начала. Ведь есть мир Матиуша с его детством и есть мир взрослых, с их странным поведением. Так вот — Матиуш не понимает, почему взрослые себя так странно ведут, он задает вопрос в самом начале, спрашивают ли взрослые детей, что хотят они на самом деле. И он не получает ответа. И по мере развития действия, он постоянно наступает на одни и те же грабли — на этот непонятный "мир взрослых".

— Что для вас оказалось самым трудным в этой роли — сыграть власть, одиночество или именно взросление?

— Это играть не нужно. В каждом человеке есть и власть, и одиночество и процесс взросления — независимо от возраста. Я отвечу так — все это есть и во мне.

— Насколько вы искали в Матиуше себя — или, наоборот, старались от себя уйти?

— Это обоюдный процесс, в какой-то момент я перестал разделять себя и Матиуша, я просто стал смотреть его глазами на жизнь. Какими глазами? Глазами ребенка.

— Как вы работаете с ощущением ответственности на сцене — ведь ваш герой отвечает не только за себя, но и за других?

— Ответственность такая же, как и в жизни. Если за что-то взялся, то делай до конца. Но опять-таки, какую ответственность можно требовать с ребенка? Да, Матиуш пытается, но ровно настолько, насколько это в его в силах.

— Есть ли в спектакле сцена, в которой вам особенно сложно оставаться "внутри" — эмоционально или физически?

— Нет такой сцены, ведь это моя работа, погрузиться в обстоятельства и так же спокойно из них выйти. Вот в короне иногда физически жарко бывает, но это терпимо.

— Матиуш — идеалист. А вам близка эта позиция или вы смотрите на него чуть со стороны, с пониманием его наивности?

— Да, мне близка эта позиция. Я тоже хочу, чтобы этот мир был лучше! Чтобы в нем все было по справедливости, чтобы все ели вместе "мармеладных мишек", как говорит мой герой Фелеку! И всем взрослым по плитке шоколада!

— Как меняется ваш герой по ходу спектакля — если попробовать описать это не словами, а ощущением?

— Я ощущаю, как он взрослеет. Но взросление — это не только радость. Это и ощущение одиночества. Мой герой в финале бьется мечом, не видя куда бьет, пытаясь превозмочь себя. Пытается один на один сражаться с этой жизнью, без папы и мамы, без Януша Корчака. Это и есть, как мне кажется, взросление.

— Насколько вам важно, как реагирует подростковая аудитория — чувствуете ли вы эту связь во время спектакля?

— Я чувствую эту связь, они очень внимательно смотрят и реагируют на спектакль. И это важно, что мы сделали спектакль именно для подростков! Нам очень важно, чтобы они нас услышали и поняли! Поняли, что они не одни…