Директор Жигулевского заповедника: "Люди соскучились по природе, и мы готовимся к большому потоку туристов"

Директор Жигулевского заповедника Юрий Краснобаев рассказал корреспонденту Волга Ньюс о том, как ситуация с всеобщим режимом самоизоляции сказывается на резервате, могут ли измениться условия посещения и экскурсий и кто стал себя чувствовать более вольготно в условиях отсутствия туристов.

- Как изменилась работа сотрудников заповедника с введением режима самоизоляции: сокращен ли рабочий штат на это время и осуществляется ли патрулирование территорий?

- По большому счету, график не изменился, поскольку, согласно указу Владимира Путина, мы относимся к категории непрерывно действующих организаций и продолжаем работать. У нас есть территория, задачи по ее охране, по недопущению браконьерства и других нарушений.

Пока до 11 мая закрыты экскурсионные маршруты, и здесь мы, конечно, не можем двигаться в направлении развития экологического туризма. Мы приостановили проведение массовых мероприятий эколого-просветительского характера. Совещания, экологические праздники - все это делаем дистанционно.

В целом, наши сотрудники, в том числе и научные работники, находятся в режиме самоизоляции. Большинство из них живет в селе Бахилова Поляна, там же находится и штаб-квартира заповедника. В определенные дни, исходя из задач, сотрудники приходят в администрацию заповедника.

- В январском интервью для Волга Ньюс вы рассказали о своих планах на текущий год, их было очень много: развитие экскурсионно-познавательного комплекса "Бахилова Поляна", развитие инфраструктуры на Стрельной горе, строительство музея и визит-центра... В связи с текущим кризисом вы пересматриваете свои приоритеты?

- Нет, в планах по развитию инфраструктуры туризма ничего не изменилось. Просто у нас будет поменьше внебюджетных денег на их реализацию. Сейчас у нас в горах еще лежит снег, но как только он сойдет, мы с подрядчиком будем делать проектно-сметную документацию по пешеходной части маршрута на Каменную чашу со стороны Солнечной Поляны. Деньги там небольшие, и нам хватит. Необходимо знать, какую сумму нужно закладывать на реализацию проекта пешеходного маршрута.

Все равно коронавирус рано или поздно уйдет, и мы возобновим деятельность. И необходимо, чтобы у нас были документы, которыми можно обосновать просьбу определенной суммы или у Минприроды России, или, может быть, у губернатора. Возможно, в проект придется просто вложить деньги, заработанные самим заповедником. Планы не изменились, но, может быть, мы не сможем реализовать их в таком масштабе, как хотелось бы.

- Сталкиваетесь ли вы сейчас при патрулировании с туристами или, может быть, охотниками, пренебрегающими режимом самоизоляции?

- Нет, охотников у нас нет. Территория сложная, и к нам редко кто-то забредает. В заповедник попасть незаметно достаточно трудно - у нас всего два-три заезда, да и горный рельеф не так комфортен для добычи. А вот на Стрельную гору туристы заезжают очень часто. Сейчас всем хочется куда-то выехать, они подъезжают, но мы их разворачиваем. До 11 мая точно никого не пускаем.

- Нарушителей пока не ловили?

- Нет, в этом году пока ни один не попался. Люди у нас воспитанны.

- Если бы не пандемия, то уже открыли бы весенне-летний туристический сезон в заповеднике?

- Да. Стрельная гора и Каменная чаша уже бы открылись. По опыту прошлых лет, 25 апреля Стрельная гора уже работала и мы начинали запускать туристов.

- На какой туристический поток вы рассчитывали в этом году и какие прогнозы сейчас, учитывая происходящее?

- Все станет понятно, когда заповедник откроется и начнут работать наши экскурсионные маршруты. Потому что Минприроды России распорядилось закрыть нас пока до 11 мая. Возможно, мы сильно потеряем в посещаемости, потому что наш основной поток экскурсантов начинается на майские праздники.

В прошлом году нас посетило более 70700 человек, и сложилась такая тенденция, после того как мы обустроились, что каждый год поток людей увеличивается в среднем на 10% без дополнительной рекламы с нашей стороны. А в этом году все будет зависеть от ситуации после окончания карантина.

- А вы рассматриваете вариант проведения экскурсий и допуска туристов в заповедник с ограничивающими условиями - сократить количество заезжающих, ввести для экскурсоводов обязательные средства индивидуальной защиты?

- Да, мы рассматриваем такие варианты работы на ближайшие месяцы. Если продлится ситуация, то мы не будем пускать организованные группы в автобусах, где много людей. А вот частным и легковым машинам, где всего трое-пятеро человек, въезд будет разрешен. Возможно, нам придется разграничивать потоки, чтобы не собирались большие толпы на экскурсионном объекте. Мы это рассматриваем и готовы, в принципе, эти условия применить.

- Ходит такая шутка, что якобы в Венецию из-за отсутствия толп шумных туристов вернулись дельфины. Кто теперь должен вернуться в Жигулевский заповедник?

- Никто и не убегал. Животные есть, но они не выходили, как правило, на экскурсионные маршруты. Но сейчас инспекторы начали докладывать, что днем на маршруте можно встретить кабана (но это всегда не проблема), косулю, лося и даже рысь. Людей нет, машин нет, никто не шумит, не ездит, не ходит - животные более вольготно себя чувствуют.

- Рассчитываете ли вы, что после коронавируса к вам хлынет большой поток туристов?

- Я в этом уверен. Люди соскучились по природе, и мы готовимся к наплыву туристов. Но тут может быть даже негативный момент. Многие соскучились по выездам на природу, по шашлыкам и могут начать разжигать костры. Есть опасность пожаров и так далее.

- Как осуществляется сотрудничество с новым человеком из руководства нацпарка Самарская Лука - Евгением Березкиным?

- Березкин - заместитель директора по охране. Исполнением обязанностей директора нацпарка занимается Ольга Михайловна Кожевникова. А так отношения у нас соседские, добрые. Перед каждым стоят свои задачи. С Березкиным мы общаемся, пока, правда, не так часто. Мы понимаем - у нас задачи практически одни и те же, просто территории разные.

- Сейчас очень много говорят о смягчении режима в Самарской Луке и выводе из территории нацпарка части земель. Как вы смотрите на это?

- Это касается исключительно населенных пунктов. Я, правда, не знаю, называется это "выведением земель" или нет, потому что "выведение" - это сокращение площади национального парка, что противоречит действующему законодательству: площадь уменьшиться не может, она может остаться только прежней или увеличиться. У нас какой-то другой механизм должен быть, чтобы люди, проживающие в этих поселках, не были ущемлены в правах. Потому что я как депутат, знаю, какой получается социальный эффект и как люди недовольны национальным парком.

Одна из задач национального парка состоит в формировании отношения людей к природе, чтобы люди гордились, что у нас это есть, а не были, наоборот, раздражены и руководством, и режимом, и всем прочим. Люди, проживающие в этих населенных пунктах, не имеют права оформить землю в частную собственность или в аренду. Как депутат могу сказать, что теряются и деньги для бюджета.

Наверное, во всем Самарском регионе самый проблемный бюджет как раз у Жигулевска - постоянный дефицит. Потому что земельного налога практически нет, хотя он должен быть. Здесь такой клубок!..

Это в России касается не только Самарской Луки. Такая ситуация у очень многих национальных парков - от Куршской косы до Дальнего Востока. Это системная проблема. Но она как-то на федеральном уровне, на уровне Совета Федерации решается, и я считаю, что это правильно. Природа важна, но и о людях тоже не надо забывать, какой-то компромисс обязательно должен быть.

Фото на сайте

Все фотогалереи

Новости раздела

Все новости
Архив
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 1 2 3