— Михаил Владимирович, что нужного, полезного принес стране XIII международный форум "Россия — спортивная держава", который прошел в Самаре 5–7 ноября?

— Форум показал, что государство заняло непримиримую позицию по снижению коммерциализации в детско-юношеском спорте. Этому был посвящен Совет при президенте России. Я думаю, многие видели его высказывания на этот счет. Мы уже приняли ряд решений по стартовым взносам на детско-юношеских соревнованиях. И эта работа будет продолжаться. Здесь мы без регионов никуда не уйдем, поскольку это полномочия субъектов России. Но мы как координаторы эту работу будем только усиливать. Коммерции места нет в детско-юношеском спорте. И точка.

— Как вы оцениваете организацию мероприятия?
— "Росконгресс" впервые стал оператором спортивного форума. Хочу поблагодарить всю команду "Росконгресса" — организация на очень высоком уровне. Ну и, конечно, хочу сказать спасибо всем самарцам за гостеприимство и терпение. Все-таки много очень было делегаций, где-то были перекрытия дорог. Но это престиж, потому что теперь Самарская область вошла в историю спорта — на форуме странами "Диалога по сотрудничеству в Азии" принята Самарская декларация. "Диалог по сотрудничеству в Азии" — это международная организация, которая как раз почти вся собралась здесь. В Самару из Кувейта прилетел генеральный секретарь — господин Аль-Мутейри. В Самарской декларации зафиксировано, что 26 стран присутствовали очно, а всего в организацию входит 35 государств. Страны-участницы форума заявили о том, что дискриминация по национальному признаку не приемлема. И призывают все страны встать на сторону полного и тотального допуска спортсменов до соревнований, объявляют неприемлемым ограничительные меры, например, на въезд спортсменов. В целом в декларации зафиксирован весь комплекс здравых, справедливых идей, которые продвигает Россия. Поэтому Самарская декларация — уже в истории, и за это спасибо всем нашим гостям.

— С момента, как вы стали министром спорта, российские спортсмены стали получать допуск к турнирам, пусть пока и в нейтральном статусе. Довольны ли вы результатами этой работы?
— Я не могу быть довольным априори, потому что цели еще не достигнуты. Наша основная цель — это полноценное возвращение национальной команды на международные старты. Однако этот путь непростой, потому что, будем откровенны, мы на дне, мы исключены из международного Олимпийского комитета. Многие федерации заблокировали доступ нашим спортсменам на соревнования. Но мы продвинулись в нашей стратегии.
Сегодня четыре тысячи наших спортсменов допущены. На 30 с лишним чемпионатах Европы и мира мы уже взяли 91 медаль, из них 30 с лишним — золотых. Это и плавание, и велоспорт, и борьба, и дзюдо, и тхэквондо, в общем, все, кто допущен. Эта работа будет продолжаться. Но основная цель, повторяю, возвращение в полном формате национальной сборной. Для этого нужно проделать большой юридический, политический, в том числе дипломатический путь. И в Самаре мы тоже работали с нашими парт-нерами, убеждали, заручились поддержкой.
Недавно мы одержали победу в ЮНЕСКО, в Париже. Россия впервые вообще вышла на голосование с 2019-го, по-моему, года. И нас избрали в управляющий комитет Международного фонда по борьбе с допингом. Кстати, мы доноры. И 76 стран нас поддержало. Коллективный Запад — это 66 стран, объединившиеся вокруг Эстонии, проиграл. Это было сокрушительное поражение, на представителях этих стран лица не было. Я все это наблюдал лично.

— Но при этом есть международные федерации, в которых антироссийское лобби по-прежнему сильно…
— В основном это биатлон, конечно. Здесь очень тяжелая ситуация, они даже на голосование не ставят вопрос об участии российских спортсменов в чемпионатах.
Их в какой-то степени можно понять, так как они находятся под давлением скандинавских стран, которые сразу объявляют: как только вы допустите Россию, мы не будем ездить. Или говорят, мы не будем пускать русских. Это, конечно, нацизм, фашизм, по-другому никак не назовешь. Но он есть, мы его разоблачаем, и оказываем давление. И в судах будем это доказывать, и на всех трибунах. Отчаиваться и опускать руки не будем. Положительных прецедентов для России уже очень много. Это результат кропотливой работы наших юристов, штат которых мы увеличили еще в декабре 2024 года. У нас и в Швейцарии работают юристы, и здесь, и в Париже, и по всей Европе. И их штат будет только нарастать. Мы задавим в судах юридически и дипломатически наших противников.

— Значимой победой вашей команды стало возвращение российской сборной по водному поло на международные старты. Может ли это стать сигналом для других международных федераций?
— Конечно, гандболисты на очереди. Я знаю, что и волейболисты работают на эту тему, имею в виду нашу федерацию. Все работают, потому что в этом вопросе действует прецедентное право. Хотя оно и отвергается многими комментаторами, юристами. Но прецедент есть прецедент, мы от этого уже не уйдем.

— В зимних Олимпийских Играх в Италии будут участвовать лишь несколько российских спортсменов. Как вы считаете, с учетом этого нужно ли показывать трансляции Игр в России?
— Конечно, нужно, нечего даже обсуждать. Мы же смотрим европейские, азиатские, латиноамериканские соревнования, тот же футбол, баскетбол. Почему нет? Смотреть и показывать нужно все. Здесь вообще никакой дискуссии не должно быть. Это так же, как мы прекратили раз и навсегда дискуссию по осуждению наших спортсменов, которые вынуждены сегодня ехать на международные старты под нейтральным флагом. Почему? Потому что они не отказывались ни от флага, ни от гимна, ни от паспорта. Их лишили — это две большие разницы, у них никакого морального выбора в принципе-то и нет. Ехать, побеждать, привозить медали в Россию. Это курс, с которого мы не сойдем. А параллельно мы юридически, дипломатически, политически будем восстанавливать в правах Олимпийский комитет России, все федерации, флаг, гимн, как это мы уже сделали с Паралимпийским комитетом России.

— Еще одна животрепещущая тема — лимит на легионеров в футболе. Вы говорили, что он будет ужесточаться.
— Да, это позиция моя как главы ведомства и отрасли. Почему? Приведу несколько цифр. У нас за последние три года иностранцев на поле в нашем внутреннем чемпионате выросло с 20 до 46 процентов. То есть это время, на которое сократилась игра наших спортсменов. То же самое можно сказать по финансам: львиная доля средств, зарплаты уходит иностранным гражданам. Откуда эти деньги берутся? Ну, как правило, это или регионы, или государственная компания, то есть это деньги российских налогоплательщиков.

Я не против легионеров, но их должно быть меньше, а качество их игры должно быть выше. Они должны быть звездами, а не какими-то второсортными иностранцами.

Меня лично как гражданина России задевает терминология, которую нам навязывают сторонники вот этой вольницы. Наших игроков начинают называть паспортистами. Это безобразие, просто неприемлемо! Я читаю иногда комментарии, где наших русских ребят называют паспортистами! "Вы вообще совесть имеете так называть граждан собственной страны", — иногда я обращаюсь к некоторым руководителям от футбола. Поэтому лимит, конечно, будет ужесточен, это решение есть, его параметры можно пообсуждать. Лимит, потолок, может быть, налог на игровое время иностранных игроков. Такой механизм есть в некоторых странах. Поэтому все вот это бла-бла-бла о том, что специалисты от футбола сейчас министру все объяснят, такого не будет.
Мы будем обсуждать стратегию дальнейших действий клубов и футбольного сообщества, как на освободившиеся места на поле вырастить и заметить наших российских талантливых ребят.

— Министерство спорта ввело индекс медиаактивности для федераций. Для чего это нужно?
— Мы живем в век медиаборьбы за внимание. И то, как федерации формируют контент, влияет и на привлечение детей в спорт, и на аудиторию, и на генерацию доходов: сколько людей приходит на соревнования, покупает билеты, мерч, сувениры, программы, абонементы, какие-то там еще предметы, сувениры, программы, абонементы. Это важнейшая тема. Те, кто не уделяет ей внимания, начинают играть по чужим правилам. Вот именно для этого мы и вводим медиарейтинг, чтобы активизировать федерации всех видов спорта.
Мы где-то, наверное, через год, начнем учитывать медиа-рейтинг при распределении средств Олимпийского комитета, Минспорта и Российского спортивного фонда.
Еще одним важным моментом мы видим влияние на зарубежную аудиторию. Например, я не могу понять, когда некоторые федерации, находясь сегодня под ударом, вообще никакой работы с зарубежной аудиторией не ведут. Наши оппоненты при каких-то положительных решениях в пользу России в социальных сетях сразу набегают и начинают клеймить нас, оскорблять Россию. А мы при положительных решениях в нашу пользу помалкиваем. А если против России решения принимаются и соцсети за рубежом бурлят, мы тоже почему-то помалкиваем. Так не пойдет. Мы должны занимать проактивную, дипломатическую, юридическую и политическую позицию, чем, в принципе, я и занимаюсь целыми днями.

* Из интервью Михаила Дегтярева 8.11. 2025 телеканалу «Россия 24».