- Это не от нас зависит, почему мы сейчас реже ездим, - поменялись условия. Раньше был график Госконцерта, и мы ехали туда, куда скажут, нравится нам или нет. Потом стали ездить туда, куда пригласят и где профинансируют гастроли. Короткое, но правдивое объяснение.

Я вчера сделала для себя открытие. Я никогда не пропускаю гастроли, где бы они ни были, хоть в Норильске. Но как-то так получилось, что в 1978 г. я не была в Куйбышеве. Потом много раз была в Тольятти, была в совхозе "Рубежное", но уже по совершенно другому поводу. А потом вспомнила, что в 1978 г. меня позвали в США ставить пьесу Михаила Рощина "Эшелон". Это была не частная договоренность "Современника", а большой государственный проект, первый в истории Советского Союза.
А в 1999 г. мы приехали в совхоз "Рубежное", увидев в программе "Взгляд" сюжет о француженке Жизель Купез. Потрясающий сюжет о женщине, оставшейся жить в СССР из-за дочери. Я несколько лет носилась с этой потрясающей историей, уговаривая всех знакомых кинорежиссеров сделать из этого фильм — от своего сына до Лунгина и Михалкова. Это был бы великий фильм, о невероятной судьбе, времени, сталинской эпохе... Мы так волновались, что Самару я совсем не помню, помню ужасную дорогу до "Рубежного" и супермаркет, в котором мы покупали что-то для этой старушки.
Сейчас, после того сильнейшего впечатления, которое произвел на меня Екатеринбург (я оставила его в детском возрасте серым, мрачным, плохо ухоженным, а сейчас увидела что-то между Дубаем и Чикаго), я ждала от Самары, что она содержится в большей заботе и любви. Но вот есть у вас красивый дом — и он никак не вписан в окружающий ландшафт. Есть улица со старенькими домами, которые могли бы быть украшением города, но для этого нужно сохранить их в первозданном виде, как в Томске, например.
- Как в сегодняшних условиях театру оставаться "современником"?
- Я больше всего забочусь и волнуюсь именно об этом. Я помню пророчество гениального режиссера Михаила Ромма: когда телевидение только начинало развиваться, он предсказал, что когда-нибудь оно убьет все, и театр в том числе. Но он, хоть и гениальный человек, в этом оказался не прав. Время отсекло тех, для кого эффекты важнее содержания. Конечно, зрителя сильно испортили — и спецэффектами в кино, и тем, что называется антреприза. Мы стараемся следовать тем принципам, которые заложены нашим основателем Олегом Ефремовым. Для меня лично одним из самых больших комплиментов в жизни были слова Зиновия Гердта. Однажды придя к нам в театр, он сказал: "Есть два места в Москве, где вас никогда не обманут. Это "Современник" и Консерватория. Для меня это было великим комплиментом. Да, мы недоговаривали, когда нельзя было даже открыть рот. Но мы никогда не врали.