В концертном исполнении
 Юрий Любимов поставил «Бесов» в Театре им. Вахтангова. Это первый спектакль старейшины российского театра со времен его прошлогоднего конфликта с Театром на Таганке, и событие уже в том, что полвека руководивший «Таганкой» Любимов, оказалось, в свои 94 способен не только жить без своего театра, но и поставить достойный спектакль с другой труппой (именно на этой сцене, кстати, в 1940-е блистал Любимов-актер).
 Жанр спектакля обозначен как «концертное исполнение романа в двух частях». В центре сцены, за роялем, пианист Александр Гиндин с музыкой Стравинского и Мартынова, задником служит картина «Асис и Галатея» Клода Лоррена (в романе Ставрогин называет ее олицетворением Золотого века), на фоне полотна собираются персонажи романа, не занятые в этот момент в действии - античный хор, голос масс. Время от времени возникают белые полотна с лозунгами, как будто герои забрели на сцену с митинга.
На чьей стороне Любимов, сомневаться не приходится. Его протагонист — Верховенский-старший (Юрий Шлыков), он старше всех и больше других напуган бунтовщиками. «Шекспир и Рафаэль выше освобождения крестьян», - говорит нам режиссер словами Верховенского. Понимать Любимова можно двояко — наверняка он имеет в виду бунтарей и с Таганки, и с Болотной.
Любимов, по давней привычке, не чурается прямых намеков на современность вроде многозначительно произнесенной с паузой после первого слога фамилии героя: «интересно, знает Ли-путин?», или подчеркнуто выделенного названия главы - «У наших» (зал смеется). Актеры работают превосходно: Ставрогин Сергея Епишева, Лебядкин Евгения Косырева, Хромоножка Марии Бердинских — все какие-то очень «достоевские».
Но я смотрю спектакль, как будто передо мной — стеклянная стена. Как ни пытаюсь убедить себя, что все это про меня и наше время — не могу ничего почувствовать, вижу просто «Бесы» Достоевского в постановке Любимова. Текст вроде бы острозлободневный (Лебядкин срывает аплодисменты словами «Россия есть игра природы, но не ума»), но то ли что-то так радикально разнит либералов XIX века и сегодняшних, то ли дело в театральном стиле Любимова. Впрочем, этот старый театр сделан интереснее, чем то, что ставил Любимов в последние годы на Таганке.
 Цирк, да и только
 В спектакле другого мэтра, Камы Гинкаса, на какой-то миг тоже появится табличка «Полоний или будет хуже» — но на этом все политические намеки закончатся. Гинкас выпустил вещь из разряда «Весь Шекспир за один вечер» (помните, шла когда-то в Самарской драме), этакий фарс с участием всех героев английского классика разом. Этот Шекспир не «выше освобождения крестьян» – разве что для тех, кто считает важнейшим из искусств цирк. Гинкас, вооружившись самой известной шекспировской цитатой «Весь мир — театр», сделал всех персонажей шутами. В прологе на сцену вываливаются в колпаках два конферансье в подпитии, за ними из зала шествует вереница каких-то безумных клоунов, неся с собой портрет Гинкаса. Портрет кланяется нам вместе с эими фриками.
 Гинкас уравнял себя с актерами, как в программке смешал трагических героев Шекспира с второстепенными персонажами — Ромео, Гамлет, Джульетта, Лир проходят по разряду «остальных шутов, людишек разного звания».
 Сюжеты Шекспира выстроены в логике взросления и старения человека - начинают Ромео и Джульетта, молодые, горячие, глупые (трагедия Шекспира сплющивается у Гинкаса до истории физических отношений). Быстренько расправившись с этим сюжетом, та же пара оказывается Офелией и Гамлетом - вместо знаменитого монолога Гамлет просто обратится к залу: «Извините, не подскажете, быть или не быть?» По сцене ходят колесом акробаты, проезжает девочка на шаре, звучит живой саксофон, Юрий Антонов и Hit the road, Jack Рэя Чарльза, Ричард III соблазняет леди Анну, со свистом проносится отрывок из «Макбета» — история катится к человеческой старости, к слепому Глостеру и обезумевшему Лиру. Их играют большие актеры — Валерий Баринов и Игорь Ясулович. Цирк на них на какой-то момент остановится, но на финальных аккордах спектакля все вернется в заданную тональность.
 Режиссер с репутацией мрачного гения сегодня смотрит на мир без лишнего драматизма. Трагикомедии из его спектакля не выходит, фарс остается фарсом, цирк — цирком.

Источник: www.vkonline.ru