- Что вы сейчас чувствуете, узнав о прекращении уголовного дела?

- Пока только очень острое, глубокое чувство благодарности. Не нахожу больше слов, а хотелось бы в адрес моих коллег, преподавателей, сотрудников и студентов, моих учеников произнести что-то более возвышенное! Ведь на случившееся со мной откликнулись даже очень давние выпускники госуниверситета, такие как Андрей Соколов, Руслан Курмакаев, которые поддерживали меня все эти трудные дни и месяцы.

Дорогие мои коллеги Татьяна Кленова, Валентина Лазарева, Валентина Рузанова (заведующие кафедрами юридического факультета. - Прим. Волга Ньюс), спасибо вам!

Уголовное дело профессора Трещевой прекращено

Уголовное дело в отношении профессора Самарского университета Евгении Трещевой прекращено в связи с отсутствием состава преступления, сообщил порталу Волга Ньюс ее адвокат Андрей Карномазов.

Искреннее спасибо декану Артуру Безверхову, профессорам Сергею Бортникову и Андрею Юдину, доценту Юрию Поварову и моей помощнице Алле Голубевой. Боюсь, что не назвала кого-то просто из-за волнения. Ведь почти весь факультет встал на мою защиту не только на словах!

- Какие меры по вашей реабилитации приняли ваши коллеги?

- От них были обращения к ректору и в соответствующие структуры. Это было очень важно для меня. И как это характерно для "университетского духа" академических свобод, когда чувствуешь единение с коллегами и понимаешь, что иначе не может быть!..

- Какую, на ваш взгляд, роль сыграло общественное мнение?

- Огромную роль! Именно пресса и способствовала бурной общественной реакции. Первые публикации появились благодаря настойчивости вашего издания и вызвали пристальное внимание к происходящему и многочисленные отклики в поддержку. Публикации на Волга Ньюс, в "Новой газете" о моем преследовании вызвали шквал откликов моих коллег из Москвы и далее - от Краснодара до Красноярска.

Для меня это было особенно важно в самые тяжелые минуты. И особо я бы отметила статью Евы Меркачевой в "Московском комсомольце".

- Кроме прессы, к вашей защите активно подключились общественные организации?

- В самый "разгар" следствия для меня довольно неожиданно появилась реакция со стороны Совета по правам человека при президенте: в Самару по поручению председателя Михаила Федотова приехали члены СПЧ Леонид Никитинский и Татьяна Андреева (экс-заместитель председателя Высшего Арбитражного суда. - Прим. Волга Ньюс). Нужно сказать отдельное спасибо Александру Броду за его принципиальность и активность.

Также на мою защиту встали Общероссийская общественная организация "Ассоциация юристов России", Общероссийская партия "Яблоко" в лице уважаемой Эмилии Слабуновой.

- А на губернском уровне была ли поддержка от тех, кто охраняет права человека?

- Конечно. Не могу не отметить, что уважаемая Ольга Гальцова - самарский омбудсмен - встречалась по моему поводу с руководителями силовых структур. Все это вселило надежду на то, что нужно бороться и верить - защиту можно получить!

- Как ваши коллеги-юристы расценили предъявленное вам обвинение?

- Первой, пожалуй, с поддержкой и возмущением по поводу абсурдности обвинений в печати выступила профессор Тамара Абова, которую я считаю своим учителем и которой я низко кланяюсь. Для университетских традиций такая абсурдность была очевидной, и об этом вслух высказывались профессора Татьяна Сахнова и Юлия Попова, а также многие другие, коим я тоже очень благодарна.

Не могу промолчать о роли моего адвоката и любимого ученика Андрея Карномазова. Если бы не его спокойная, профессиональная уверенность в нашей правоте, не знаю, как я пережила бы это преследование, длившееся без малого год. От его правовой позиции и действий зависела моя судьба. Благодаря ему следствие развернулось и появилась надежда на благополучный исход. Нет слов, чтобы выразить всю мою признательность!

- Судя по вашему настрою, вы переполнены благодарностью...

- Вы правы. Еще раз - спасибо всем! Со слезами благодарности… Профессор права Евгения Александровна Трещева - свободный человек! Думаю, что чувства освобождения, радости придут позже. Сейчас - лишь огромная усталость и, наконец-то, спокойствие.