Андрей Юнин: "Актеры и режиссеры - это диагноз, по-другому мы жить не можем!"

Художественный руководитель театра юного зрителя "Время тайн" и заслуженный работник культуры Самарской области Андрей Юнин рассказал Волга Ньюс об истории создания творческой площадки и о причинах популярности сценического искусства в цифровую эпоху.

Фото:

- С чего все началось? Как вы связали свою жизнь с театральной деятельностью?

- В душе еще с детства во мне что-то всегда пело и плясало, поэтому желание освоить инструменты привело маленького Андрея в музыкальную школу. Там играл на баяне и на третий год обучения влился в выступления для детей на утренниках.

Примерно в пятом классе на одном из выступлений меня кто-то заметил, подошел с предложением попробовать себя в качестве актера, и я попал в театрально-концертный комплекс "Дворец культуры" под руководством заслуженного работника культуры России Эльвиры Анатольевны Дульщиковой.

Тогда жизнь поставила передо мной выбор: либо продолжать заниматься хоккеем и ехать на областные соревнования, либо вести новогодние елки. Я, конечно, решил, что творчество для меня важнее. Освоил гитару, балалайку и фортепьяно, ведь наблюдать восторг на лицах - это непередаваемая сладость!

Время шло, уже окончил музыкальную и основную школы, параллельно играл в театре-студии "Грань", отучился в техническом училище на оператора и слесаря по ремонту технического оборудования для НПЗ, но проработал там крайне мало - слишком уж тянуло на сцену. Прекрасным летним днем 1987 года втайне от руководства поступил на факультет "Театральная режиссура" в Куйбышевский государственный институт культуры (нынешний СГИК. - Прим. Волга Ньюс).

- Что такое искусство в вашем понимании?

- У многих внутри какое-то волшебное свойство - хочется высказать! Избыток эмоций, постоянно "вылезающая" из тебя энергия, с помощью которой можно удивлять не только самого себя, но и гостей театра. Порой ставишь спектакль, отдаешь все силы и наутро думаешь, что выше уже некуда, а в теле все кипит, чувство такое, словно отдых совсем не нужен.

Есть люди, которые не танцуют, не пишут и не выступают, но они, скорее всего, просто не пытались себя увидеть в полной мере. Я как-то делал такую проверку: закрываешь полотенцем клавиши баяна, кладешь руки и играешь. Как разобраться - неважно, ведь руки необъяснимо вытворяют прекрасное.

Искусство - это уже какая-то космическая материя, которая не поддается силе языка. Искусство - это о светлом будущем, о желании жить, об улыбке в каждом мгновении!

- Для Новокуйбышевска Андрей Юнин - это режиссер и основатель ТЮЗа "Время тайн". Вы же буквально выступаете в роли отца в мире творчества как для детей, так и для профессиональных актеров. Как пришла идея о создании собственного театра?

- Будучи на заводе, я все равно сочинял и играл, но возможностей реализовать себя в самодеятельном театре Эльвиры Анатольевны мне было мало, поэтому однажды подошел к ней и сказал, что хочу стать квалифицированным актером. На это мне ответили, что не нуждаются в профессиональных артистах - лишь бы сердечная отдача была, коей некоторые дипломированные люди уже не обладают.

Большое количество спектаклей и авторской музыки дали о себе знать, так что серьезно подумал и понял, что мне больше нравится создавать целую картину, и решил связать свою жизнь с режиссурой. Когда-то надо было уйти в свободное плавание, да и два медведя в одной берлоге не могут быть. Я из уважения не собирался никого двигать - и по окончании первого курса в 1988 году я открываюсь самостоятельно, ну, а позже управление культуры предложило создать "Театр Юнина".

Помещение, в котором мы сейчас находимся, тогда было сапожной мастерской и химчисткой. Ко мне пришли и спросили: "Юнин, пойдет? Сделаешь из него театр?"  Мы с коллективом обсудили, соединились с детской школой искусств "Лира" - и, как видите, актерская лаборатория вышла замечательная!

Так стали экспериментальным молодежным театром - пока что без названия - и в 1993 году поехали на всероссийский фестиваль в Астрахани со спектаклем "Время тайн" по книге Клайва Стейплза Льюиса "Лев, колдунья и платяной шкаф". Выступаем, ждем оглашения результатов, и ведущий говорит: "Первое место за раскрытие целостного художественного образа занимает театр "Время тайн" из Новокуйбышевска!"

Да, нас представили по названию спектакля, поэтому по возвращении в Самару мы обрели имя и через год звание "Народный коллектив". После такого успеха собрали отделение в 35 человек взрослых актеров и заявили об обязательном условии профессионализма. Примерно так началась история нашего театра юного зрителя.

- С 2005 года "Время тайн" считается муниципальным репертуарным театром. Какая поддержка и какие обязанности со стороны государства появились после приобретения такого статуса?

- Театр не только получает финансы на коммунальные услуги и зарплаты сотрудникам, но и часто берет в обязанность выступления на всех новогодних праздниках, Масленицах, Днях Победы, создает художественные обращения и выезды для ветеранов, взаимодействует с благотворительными фондами.

Периодически по учебной программе проходят разные произведения, "Приключения Тома Сойера" или "Тим Талер, или Проданный смех", например, потому педагоги и зовут нас к себе выступать. В летнюю пору мы создаем для детских школьных лагерей примерно 20 выступлений в месяц. Казалось бы, должны ездить по городу и серьезно работать, но на деле это замечательная практика для наших воспитанников и прекрасное время для зрителей.

- При личной беседе с одной из актрис театра оперы и балета я узнал, что она с труппой на протяжении двух месяцев без единого выходного работали по 12 часов в день для подготовки крупной постановки. У меня до сих пор возникает логичный вопрос: когда успевать жить, если постоянно находишься на сцене?

- Актеры и режиссеры - это диагноз, по-другому мы жить не можем! Ребята и я, мы буквально готовы ночевать в театре, плачем, когда все заканчивается. "Что дальше делать?" - самый распространенный вопрос артиста после выступления по двум причинам: во-первых, ты частичку себя отдаешь зрителю, во-вторых, появляется жажда вновь испытать бурю эмоций.

Это не цех и не работа! В наших кругах это "служба в театре", поэтому мы порой удивляемся, что за это еще и деньги платят. Да, там крохи, но для настоящего актера это не имеет значения. Некоторые же и шага не ступят, пока не увидят пополнения счета.

"Деньги - это всегда на десятом месте! Пришли в театр - не говорите об этом", - примерно так объясняю всем. Оплата квартиры и содержание детей, конечно же, важны, но наш храм искусства не является золотой жилой. Мы здесь для души, мы здесь за жизнью.

- Расскажите мне и читателям подробнее о творческом процессе с командой актеров.

- Я считаю, что у любого режиссера актеры - это прежде всего "дети". Не в том смысле, что работа идет исключительно с малышами, а в плане воспитательной функции. Режиссер и артист, во-первых, должны прийти к единому пониманию человеческих чувств в каждом произведении. Во-вторых, развитие таланта. Искренность и ранимость проявляются во всех нас, но моя задача - основательно погрузить выступающих в жизнь определенных героев, дать им прочувствовать на себе все радости и горести.

Щемящее "Нравится!" достигается через изучение оригинала пьесы и биографии драматурга. Как я заявляю, в каждом Зощенко сидит, только свой, поэтому в актере нужно раскрыть его грань и направить.

В-третьих, идет тренинг - набор физических и психологических упражнений, благодаря которым ты достигаешь состояния "все загудело". В этот миг у артистов, условно говоря, спирает дыхание, я сразу же подхожу, фиксирую эмоцию и предлагаю ребятам придумать развитие и погрузиться в фантазию. "Спящий" организм должен проснуться, иногда даже слышать стук собственного сердца.

- Несмотря на коронавирус, появление онлайн-кинотеатров и возможность посмотреть профессиональные выступления на Ютубе, спектакли все еще пользуются большой популярностью у россиян. Как вы себе объясняете такую живучесть театрального искусства?

- В нашем театре много школ - и Станиславского, и Мейерхольда, и Чехова. Подпитываясь разными системами режиссеров, актеры оживают, начинают владеть телом, доносят до зрителей настоящего Шекспира. Если глаза у детей и взрослых в зале загораются от счастья и слышны аплодисменты, значит мы делаем все правильно!

Мы не можем быть без зрителей, а зрители не могут без нас. Сейчас каждому нужно 3D, 10D или 50D, и театр дает эту "D", от сцены невозможно оторваться. В кино же ты легко можешь отвлекаться от просмотра на посторонние дела.

Наше помещение невелико, так что мы можем шепотом вовлечь всех гостей. Здесь самые живые эмоции, которые людям сейчас крайне необходимы.

- На сайте театра написано, что вы являетесь постановщиком около 70 спектаклей для детей. Какие из работ запомнилась вам больше всего?

- Говорить об этом можно часами, но выделю три лучшие работы. "Про Федота-стрельца, удалого молодца" - уникальный опыт уличного театра под открытым небом. Спектакль был рожден на Грушинском фестивале, выступали по пять раз в неделю на протяжении четырех лет. На этом мероприятии мы столько друзей приобретали, столько приглашений со всех уголков Самарской области поступало, что только успевай все лето звонки принимать.

"Слово о полку Игореве" с действующим московским продюсером и актером Максимом Лагашкиным в главной роли. Мы стояли на сцене, над нами купол, жара примерно 40 градусов, уже настежь абсолютно все, а у нас по выступлению Максим бьет в гонг для имитации колокола, "Бам"! И из окна "Бам" - настоящий колокол на службе пошел. У всех слезы от счастья на глазах - театральное искусство и церковь слились, демонстрируя всю мощь Руси! Потом мы узнали, что первыми во всей России исполнили этот спектакль в драматическом ключе.

"Приключения Тома Сойера" - спектакль-долгожитель, которому уже 27 лет. На этой постановке выросли целые поколения и, что самое волшебное, на ней постоянно открываешь для себя что-то новое.

- С какими трудностями сталкивается режиссер в момент написания и реализации сценария в жизни? Есть ли какие-нибудь темы, которые нельзя или просто неприятно трогать?

- При постановках пьес Шекспира ("Ромео и Джульетты", например) может случиться потеря. Это ужасное стечение обстоятельств, которое встречается и у других режиссеров. Актеры, которые играют смерть главных героев, могут погибнуть уже не на сцене. При подготовке к моей дипломной работе Анна Тимофеева исполняла роль Джульетты, и все проходило нормально на протяжении четырех спектаклей, однако позже у нее обнаружили онкологию.

На репетициях Ани помню, что периодически при отыгрыше трагической сцены она вздрагивала, становилась бледной и говорила: "Мне показалось, что я уже умерла". В октябре спокойно готовились, в марте же, к сожалению, похоронили актрису. На экзамене в июне выступаю перед комиссией, все с грустными глазами, я начинаю рассказывать, и меня останавливают почти сразу - хотят узнать об Ане. Для себя объясняю такой кошмар тем, что артисты настолько сильно погружаются в состояние смерти, что какая-то часть этого опыта втягивается в людей и уже не отпускает никогда.

Трагедии нужно играть по полной программе, но при воспроизведении сюжета мне очень страшно за команду актеров.

- Некоторые актеры оставляют родной театр и уходят на телевидение. Что вы думаете о подобных решениях?

- Ни одна творческая личность не должна таить в себе талант. Мы сами часто играем в разных местах, можем выступить на телевидении, но важно оставаться человеком, не замишуриться. Всегда нужно держать в голове принцип "Много дали - много отдай", то есть соответствовать уровню доверия со стороны зрителей.

Есть самородки, которых не надо "ломать", а в институтах культуры часто переворачивают артиста и разрушают его видение мира, поэтому кто-то сразу и идет на экраны. Отдавать всего себя и переживать за комфорт людей - вот главная задача, а будешь ли ты достигать этого в театре или через телевизор - не имееет особого значения.

- Что вдохновляет вас на создание работ? Какие люди, литература или музыка способствуют творческому процессу?

- Моя любовь к музыке с возрастом никуда не ушла, поэтому с удовольствием получаю творческий заряд от композиций Чайковского и фортепианных произведений Рахманинова, от песен британских рок-групп "The Beatles" и "Pink Floyd", французской "Space", от исполнения Джо Дассена... Из литературы восхищаюсь слогом Пушкина и хулиганскими мотивами Есенина, из живописи наполняюсь работами Сальвадора Дали, Николая Рериха и Владимира Конева.

Духовное питание - это основополагающий элемент нашей деятельности. После изучения таких великолепий во мне все это начинает звучать, что и помогает настраивать себя и труппу на рабочий лад.

- В моем представлении театр - это эмоциональная карусель, способная как рассмешить до слез, так и растрогать до глубины души. Поделитесь какой-нибудь необычной историей, которая вам часто вспоминается даже спустя много лет.

- В конце девяностых бывший глава города Александр Нефедов как-то попросил нас сыграть для заключенных в ИК-5 (ИК - исправительная колония. - Прим. Волга Ньюс). Особого желания ехать в такие заведения не было, но в итоге мы согласились и показали "Маленькие трагедии" Пушкина и "Грозу" Островского.

До сих пор помню ввод зэков в зал: "Закрыли! Встали! Смирно!"  Нас, естественно, сопровождала охрана, рядом были майоры, но тревога все равно не уходила. А зря, ведь там встретились с очень способными мужчинами. Один делал иконы из проволоки, другой великолепно играл на скрипке, третий из спичек красоту творил...

После выступления уже снимаем декорации, и нам в спину кричат: "Леха!"  Я шепчу нашему актеру Алексею Меженному: "Лешка, не поворачивайся! Вдруг какая-нибудь заточка полетит". Он, видимо, голос бывшего одноклассника узнал, все же развернулся, а тот заключенный - со слезами к нам. Охрана разрешила, парни обнялись и пообщались какое-то время. Алексей позже подходит и говорит: "Ну надо же, друга детства здесь уж явно не ожидал увидеть". Мы с командой посмеялись, собрали вещи, приняли от колонии горячий испеченный хлеб и вернулись в Новокуйбышевск.

Ситуация вроде бы закончилась, но через два месяца к нам подходит крупный мужчина с хриплым голосом и спрашивает директора. Ребята меня обступили, я потихоньку выхожу, пытаюсь понять происходящее, а этот неизвестный с суровостью: "Держи краба!"  Протягивает руку в наколках и заявляет с широкой улыбкой, что таких спектаклей даже на свободе не видел, и поблагодарил за приобщение к Островскому.

Судьба у всех по-разному складывается, но эта история в очередной раз напомнила мне, что у человека в любой обстановке остается одно - его душа. Театр - это храм искусства, помогающий взрослым вернуть радость, а детям - настроиться на поиск самого светлого. В жизни бывает не только страшное, не только тюрьмы и наркотики, но в том числе и чудо. Я хочу раскрыть счастье, добро и мир в душе зрителя. Искусство - это суперсила, и она есть у тебя и у меня!

Последние комментарии

Михаил Лалаян 31 июля 2021 11:04 Сергей Филиппов: "Самоокупаемость никогда не была самоцелью театра"

Лучше бы прибавили зарплаты рядовым артистам, чем тратить деньги на собственный пиар, проплачивая подобного рода восхваляющие себя статьи.

Vladimir S 21 марта 2018 11:48 Выходка Михаила Ефремова в Самаре попала на видео

Актёр должен уважать своё дело. Я думаю он подпортил отношение Самарцев к нему.

Ванька Верещагин 21 марта 2018 10:58 Выходка Михаила Ефремова в Самаре попала на видео

А где уважение к актеру? Если зритель по свински делает замечание?

Илья Сердюк 21 марта 2018 10:58 Выходка Михаила Ефремова в Самаре попала на видео

зрители тоже не всегда правы, давайте дружно жить

Фото на сайте

Все фотогалереи

Новости раздела

Все новости
Архив
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6