«С мужем я, как за каменной стеной»
- Вы знаете, мы без Александра Дмитриевича были бы, как без рук, - говорит с порога директор местной музыкальной школы Галина Евдокимова. - В школе многое он сделал сам: мебель, гардины, инструменты. А учеников у него - со счету можно сбиться. Игре на баяне, духовых и струнных инструментах учит он уже больше трех десятков лет.
Галина Васильевна выдерживает многозначительную паузу, а затем почти шепотом продолжает:
- Неординарный педагог с абсолютным музыкальным слухом. Он возвращает к жизни баяны, которые к нему везут из разных районов области. Солист Большеглушицкого хора, концертмейстер местного хора ветеранов.
В разговор включается жена мастера Татьяна.
- Я в него влюбилась с первого взгляда, когда он нам, юным танцовщицам Большой Глушицы, аккомпанировал на баяне, - вспоминает она. - Вскоре после знакомства мы и поженились. Вместе уже более тридцати лет. Троих детей вырастили. Мне несказанно повезло - за мужем я, как за каменной стеной. В доме все сделано его руками, в этом он зрячим мужикам еще фору даст. Единственное, в чем он позволяет себе помочь, - это сопровождать его в прогулках и по пути на работу и домой.

На ощупь - как по нотам
В комнате, уставленной полками с книгами и баянами, нас встречает человек с добрым и сосредоточенным выражением лица. Он как будто задумчиво смотрит вдаль, пытаясь разглядеть что-то невидимое. Лучи солнца прорезают нити прозрачного тюля, и он щурится, закрывает часть лица рукой, будто укрывается от света.
- Ученики поначалу ведут себя настороженно, а потом привыкают ко мне, моим книгам, набранным рельефным шрифтом Брайля, и к коллекции рельефно-объемных музыкальных значков, - делится Александр Дмитриевич. Он листает огромную книгу, страницы которой наполнены множеством точек.
- Это рельефно-точечный шрифт Луи Брайля. В клетке шесть точек, из которых можно сложить 63 комбинации. Буква - та же нота, - продолжает он и достает толстенную книгу, так называемое рельефно-графическое музыкальное пособие. - Чтобы преподавать зрячим ученикам, нужно знать линейную нотную систему, то есть, попросту, обычные ноты. Вот по этой книге, где на сотнях страницах расположены выпуклые изображения нот и музыкальных знаков, я на ощупь их определяю и показываю ребятам. Целая нота, половинная, четверная, восьмая…

«Крутили» по радио
Детство Александра Милохранова прошло в Казахстане в городке Гурьеве. Переболев в трехлетнем возрасте менингитом, он стал слепнуть. Заболевание дало серьезное осложнение на глазные нервы и вскоре окончательно лишило его зрения. Вердикт врачей звучал однозначно:  зрячим ребенку уже не быть. А малыш тем временем уже вовсю играл на гармошке. Отец, баянист-самоучка, купил четырехлетнему сыну хромку (один из видов русской гармони), показал азы и уже вскоре поражался, как мальчик все схватывает на лету.
Вскоре Сашу пригласили на местную елку, где он сыграл на гармошке. К тому времени мальчик уже стал местной знаменитостью - его «крутили» по гурьевскому радио. Впечатленные успехами сына, родители, поразмыслив, переехали в Оренбург. Там Саша стал учиться в школе для незрячих детей.
- В кружке баянистов я выучился нотной грамоте у слепого музыканта-фронтовика, - рассказывает Александр. - Обладая хорошим дискантом, стал солистом хора. Мы ездили на разные смотры-конкурсы. Умудрялись даже с товарищами ставить спектакли! Например, с постановкой «Кошкин дом» гастролировали по окрестным селам.
Потом Саша освоил игру на домре и трубе. И не просто на уровне бренчания и дудения. Ему доверяли сложные партии в струнном и духовом школьных оркестрах. Потом к трубе и домре добавились кларнет и саксофон, игрой на которых он овладел в Курском музучилище для слепых. Демонстрировал свое мастерство, выступая с эстрадными оркестрами. Со слепыми друзьями подрабатывал в обычном музучилище - пел в хоре. Им платили 15 рублей в месяц, но зато это была отличная тренировка голоса, да и репертуар становился богаче.
А вскоре Александр начал ремонтировать баяны.
- С детства я обожал музыкальные инструменты. Когда отец что-нибудь мастерил, я сидел рядом и ощупывал детали. Потихоньку научился столярничать. Позже, бывая в гостях у отца в Краснодарском крае, домой вез не фрукты, как все, а разные железки. Все, что пригодилось бы для починки музыкального инструмента.

Музыкальная семья
Александр Дмитриевич берет в руки баян и задушевно играет. Играет так, что хочется слушать и слушать нескончаемо. Потом рассказывает о своей семье:
- Первые дети - погодки. Они, кстати, тоже окончили музыкальную школу. Дома мы нередко устраивали музыкальные «квартирники». Я играл на баяне, дочь на фортепиано, сын на гитаре.
Сын Саша в свое время играл в вокально-инструментальном ансамбле, а сейчас работает в милиции. Дочь Анна - баянных дел мастер, помогает отцу в ремонте инструментов. Младшая дочь Галя вместе с мужем танцует в балетной группе Государственного народного волжского хора. Все творческие люди, все в отца. Александр Дмитриевич уже трижды дедушка. Внучка Полина продолжает семейные традиции и играет на фортепиано.
28 мая на бенефисе в честь своего 60-летия музыкант мечтает выступить со всей своей семьей, собрав из нее целый бэнд.
- Помните, у слепого героя Короленко представления об окружающем мире отливались в форме звуков, - говорит музыкант. - Для меня и образы, и ощущения, и мечты - это тоже звуки. Они мой поводырь по жизни, ведь у каждого живого существа, вещи и явления есть свое неповторимое звуковое поле.

Известные незрячие музыканты

Рэй Чарльз - американский музыкант, один из известнейших в мире исполнителей музыки в стилях соул, джаз и ритм-энд-блюз. Награжден 17 премиями «Грэмми», попал в залы славы рок-н-ролла, джаза, кантри и блюза.
Стиви Уандер - американский соул-певец, композитор, пианист. Ослеп вскоре после рождения. 25-кратный обладатель премии «Грэмми». Обладает вокальным диапазоном в четыре октавы, виртуозно владеет роялем и всеми видами синтезаторов.
Диана Гурцкая - незрячая от рождения российская певица. Представляла Грузию на международном конкурсе «Евровидение 2008» в Белграде.

Источник: www.reporter63.ru