По версии следствия, в 2012 г. тольяттинец Болтенков вместе с братом и предпринимательницей Уржумцевой провел незаконные финансовые операции по переводу денег на банковские счета подконтрольных ей организаций на основании мнимых сделок и фиктивных документов, чтобы в итоге их обналичить.

При этом он знал, что после нелегальных операций женщина получала наличные, но факт передачи денег документально нигде не фиксировался. И мужчина решил завладеть средствами, для чего посвятил в свои планы Бурцева, проходящего вторым обвиняемым по делу, и еще одного человека.

По данным правоохранителей, в марте 2014 г. злоумышленники угрожали женщине и ее несовершеннолетним детям и требовали применением насилия 21,8 млн рублей.

В декабре 2014 г. одного из обвиняемых задержали при получении части вымогаемой суммы - 1,5 млн рублей.

Приговор по делу Болтенкова и Бурцева был оглашен судом Октябрьского района 20 июня 2016 г. и поразил всех своей мягкостью. Статью обвинения переквалифицировали на "Самоуправство", Болтенков получил один год исправительных работ и сразу же был амнистирован, Бурцеву суд назначил один год восемь месяцев колонии-поселения. С учетом времени, проведенного под стражей, уже 16 августа 2016 г. Бурцев мог выйти на свободу. Приговор был обжалован практически всеми сторонами (одни посчитали его чрезмерно мягким, другие требовали оправдания), его пересмотр состоялся в Самарском областном суде 2 августа.
Во время заседания защита Владимира Бурцева вновь сделала акцент на личности потерпевшей, которая несколько раз меняла фамилию (Петрова, Шепелева, Уржумцева) и ранее будто бы уже участвовала в махинациях, связанных с отъемом денег у бизнесменов-"обнальщиков".

В итоге судебная коллегия приняла решение, не отменив приговор суда первой инстанции, но подкорректировав его не в пользу основного фигуранта - Бурцева. В судебный акт добавлено отягчающее обстоятельство "действия в составе группы лиц". В итоге Евгению Болтенкову было назначено наказание в виде одного года восьми месяцев исправительных работ с отчислением 15% в пользу государства, он сразу же попал под амнистию к Дню Победы и ушел из зала суда свободным и почти несудимым человеком. Бурцеву, который под запись на диктофон угрожал Уржумцевой "облить ее кислотой" и "изуродовать ее и детей", повезло меньше. Суд не стал переквалифицировать статью обвинения, но назначил подсудимому почти максимальную ее санкцию - четыре года колонии общего режима.