Может ли адвокат — представитель потерпевшего — просить суд назначить подсудимому определеный срок наказания?

Оговорюсь сразу, я отношусь к Советской школе адвокатуры и поэтому имею довольно таки консервативные взгляды.

Полагаю,что адвокат-представитель потерпевшего, не может просить суд приговорить подсудимого к определённому сроку наказания и вот почему.

Как юрист, вначале я обращусь к законодательству, а потом рассмотрим этот вопрос с точки зрения морально-нравственного аспекта.

Адвокат-представитель потерпевшего наделен теми же процессуальными правами, что и потерпевший. Таким образом, согласно п.п. 14, 15, 16 ч. 1 ст. 42 УПК РФ, уголовный адвокат-представитель потерпевшего может участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела, выступать в прениях и поддерживать обвинение.В ст. 42 УПК РФ, о праве потерпевшего и его представителя, заявлять о размере наказания для подсудимого, законодатель не упоминает. В самой же ст. 292 УПК РФ, которая регламентирует содержание и порядок прений сторон, так же ни слова не говориться о праве потерпевшего и его представителя заявлять о размере наказания для подсудимого. Между тем, ч. 7 ст. 292 УПК РФ предусматривает право потерпевшего и его представителя по окончании прений сторон, представить суду в письменном виде предлагаемые ими формулировки решений по вопросам, указанным в п.п. 1 - 6 ч. 1 ст. 299 УПК РФ. Указанные пункты ст. 299 УПК РФ регламентируют следующие вопросы:

1. «доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый;
2. доказано ли, что деяние совершил подсудимый;
3. является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено;
4. виновен ли подсудимый в совершении этого преступления;
5. подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное им преступление;
6. имеются ли обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание».

Вопрос о том, какое наказание должно быть назначено подсудимому регламентируется п. 7 ст. 299 УПК РФ, пункт который законодатель не стал включать, в перечень вопросов, указанных в ч. 7 ст. 292 УПК РФ.

Таким образом, можно сделать вывод, что законодатель не дает разрешения потерпевшему и его представителю высказываться не только о размере наказание, но и о том, вообще какое наказание может быть ему назначено.

Мне, могут возразить, что не запрещено, то можно.

Безусловно, с точки зрения закона, это так, однако в том случае, когда нет прямого запрета в законе, нужно руководствоваться морально-нравственным аспектом.

Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, основанные на нравственных критериях и традициях адвокатуры, на международных стандартах и правилах адвокатской профессии – гласит ст. 1 КПЭА (Кодекс профессиональной этики адвоката).

По этой причине адвокат, в своей деятельности должен в первую очередь руководствоваться именно нравственными критериями и традициями адвокатуры.

Адвокат, должен защищать права, свободы и интересы доверителей.

Адвокат всегда ассоциируется с защитником.

Поэтому адвокат это ЗАЩИТНИК, а защитник обвиняемого – защищает права обвиняемого. Представитель потерпевшего – защищает права потерпевшего.

Адвокат никогда не был и не может быть обвинителем. Даже в том случае, кода он является представителем потерпевшего по делам частного обвинения, адвокат не становиться представителем обвинителя, хотя потерпевший выступает в роли обвинителя.

Если посмотреть с точки зрения морально-нравственного аспекта на эту проблему, то говорить о размере наказания для подсудимого потерпевшему, а особенно адвокату (представителю потерпевшего) недопустимо и вот почему.

По уголовным делам в качестве обвинителя выступает прокурор, в делах же частного обвинения, как правило, эту роль выполняет потерпевший.

Государство за каждое нарушение (деяние) закона определило вид и размер наказания. Для прокурора противоправные действия против потерпевшего, не являются определяющими, для прокурора на первое место выступает вопрос, запрещены ли они законом, в противном случае, эти действия не будут являться уголовно наказуемым деянием.

Поэтому, если прокурор, как представитель государства, усмотрел, что действия виновного лица являются уголовно наказуемым деянием, выступая в прениях сторон, просит наказать подсудимого за нарушение закона и назначить ему наказание в определенной законом мере.

Потерпевший, это лицо, в отношении которого было совершенно противоправное действие. Для потерпевшего на первое место выступает само действие, и ему нет разницы, запрещены ли законом данные действия.Исходя из этого, потерпевший может говорить лишь о тех последствиях, которые ему были причинены и об их компенсации. Поэтому, потерпевшему говорить о мере и размере наказания, представляется мне, не совсем правильным. Но потерпевший имеет моральное и этическое право простить меру наказания виновному, хотя бы потому, что подсудимый напрямую причинил вред потерпевшему.

Исключением в данном случае, являются дела частного обвинения, но это отдельная тема.

Адвокату-представителю потерпевшего, подсудимый напрямую вред не причинял, и адвокат, в отличие от прокурора, не стоит на страже закона. Адвокат защищает права гражданина, закон –защищает прокурор.

Кодекс профессиональной этики адвокат указывает, что «Адвокат-защитник не должен без необходимости ухудшать положение других подсудимых. Всякие действия адвоката, направленные против других подсудимых, чьи интересы противоречат интересам подзащитного, оправданы лишь тогда, когда без этого не может быть осуществлена в полной мере защита его доверителя» (ч. 3 ст.13 КПЭА). По мои личным убеждениям адвокат всегда остается защитником, поэтому принципом, сформулированным в ч. 3 ст. 13 КПЭА, должны руководствоваться и адвокаты представители потерпевших.

Адвокат Яковлев К.В.
Коллегия адвокатов Москвы «Шериев и Партнеры»