Напомним, Сергея Рубакова обвиняют в посредничестве во взяточничестве и крупном мошенничестве. Что касается первого эпизода, то гособвинение посчитало доказанным, что Рубаков выступил посредником между директором ГУП "Стройконтроль" Реналем Мязитовым, которого силовики заподозрили в мошенничестве и который хотел предотвратить скандал, и сотрудником УФСБ России по Самарской области Максимом Докучаевым, в чьих силах теоретически было остановить крах. Однако Докучаев в итоге сам отправился на два года в колонию, а Мязитов покинул свой пост.

Адвокат Рубакова Мурад Мусаев объяснил: Рубаков оказался между молотом и наковальней. Якобы Мязитов боялся ФСБ и постоянно говорил об этом, а Докучаев твердил, что может помочь, вот Рубаков и свел двух "страждущих". При этом он якобы не искал для себя никакой выгоды, в том числе финансовой. Факт получения денег никто не отрицает, но вся сумма должна была "уйти" дальше, а потому мотивы экс-чиновника интерпретируются неверно. С учетом исключительных обстоятельств и активного сотрудничества со следствием к Рубакову по этому эпизоду можно было бы проявить максимум снисхождения, а может быть, даже освободить его от уголовной ответственности.

Второй эпизод, который вменяется Рубакову, — мошенничество. По версии следствия, Рубаков получил от директора ООО "Квартал" Алексея Пискунова 5 млн руб. за помощь с изменением технических условий подключения к ливневой канализации жилого комплекса на ул. Водников, хотя реально не мог помочь ему с этим.

Между тем, Мурад Мусаев заявил, что свою часть "сделки" Рубаков как раз выполнил: он никогда не обещал своими силами решать эту проблему, он лишь свел Пискунова с главой нужного департамента, который оказал ему максимум содействия, благодаря авторитету Рубакова и личным хорошим с ним отношениям. В итоге проблема была решена за три месяца, причем законным способом. Так что никакого мошенничества тут нет, более того, и состав преступления найти тоже проблематично, ведь все было по закону, а факт передачи денег известен лишь со слов Пискунова и его знакомого Рассказова, который эти деньги якобы ему дал. Сам Рубаков и его секретарша отрицают данный факт. Поэтому по второму эпизоду обвинения защита просила Рубакова оправдать.

"Прокуратура меня называет коррупционером, но документального подтверждения этому нет. Потому что следствие достаточно подробно занималось моей личностью, исследовало мое имущество, мои счета, но у меня нет ничего, что не было бы задекларировано. ФСБ подняли декларации с 2006 г., но также ничего сверхъестественного не нашли, — заявил сегодня в суде Сергей Рубаков. — По первому эпизоду я признаю событие, но не знаю, как оно должно быть квалифицировано. Безусловно, я в этом раскаиваюсь, но я уже понес свое наказание, за полтора года домашнего ареста моя жизнь сильно изменилась. Что касается второго эпизода, то события такого не было. Почему все это произошло? На меня активно давили в процессе следствия, так что 22 июня 2017 г. у меня произошел инсульт. Меня склоняли к тому, чтобы я дал на кого-то показания, я этого не сделал, может быть, поэтому и появилось второе уголовное дело".

Рубаков просил не отправлять его в колонию.

Какой вердикт вынесет суд, узнаем 11 сентября — на этот день планируется оглашение приговора по делу.