Защитник считает, что суд первой инстанции неверно квалифицировал действия Рабинович как покушение на получение взятки, хотя она не имела служебных полномочий на решение вопроса взяткодателя о привлечении его оппонента к уголовной ответственности.

"При верной квалификации максимум, что получила бы моя подзащитная, - это шесть лет лишения свободы, а никак не восемь, - уверяет Горбачев. - С момента задержания она признала фактические обстоятельства совершенного ею мошенничества, что, согласно мнению Верховного Суда, приравнивается к явке с повинной".

Апелляционная жалоба на приговор также направлена и адвокатом Жанны Назаровой - подельницы экс-полковника. Женщину приговорили к семи годам лишения свободы за посредничество во взяточничестве. Такая квалификация как бы фактически вытекает из квалификации действий Рабинович.

По словам защитника Василия Гурко, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Во время предварительного следствия и в суде Назарова признавала вину в покушении на мошенничество в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, и раскаивалась в этом. Она не знала должностного положения и полномочий Рабинович и потому в оценке обстоятельств предложенного ей соучастия в преступлении исходила из пояснений самой Рабинович. Последняя же говорила, что не может помочь Темирханову в его стремлении направить дело Кичаева в суд. Назарова согласилась обмануть Прокофьева и Темирханова для получения денег. И поэтому сообщила им ложные сведения, будто решением их вопроса будут заниматься высокопоставленные должностные лица ГСУ. На самом же деле передаваемые для Рабинович деньги они отдавать никому не собирались, а хотели разделить и присвоить.

В приговоре написано, что Рабинович "как должностное лицо в силу должностного положения могла способствовать указанным действиям, используя авторитет занимаемой должности и предоставленные в связи с этим полномочия по осуществлению контроля над процессуальной деятельность следственных подразделений как по данному уголовному делу, так и по любому другому, находящемуся в их производстве, а также в силу личного авторитета, сложившегося в результате длительной работы в правоохранительных органах".

"Но суд сделал совершенно необоснованный и противоречащий требованиям закона вывод о том, что вмененные в вину Рабинович действия входили в ее служебные полномочия, - настаивает Гурко. - Соответственно, неверно квалифицировал и деяния моей подзащитной, которую чрезмерно сурово наказал".